— Наверное, не может быть, если вы так говорите, мистер Председатель. Тем не менее, если единственное определение человека — это его физический облик и умение говорить по-соляриански, могли не подпасть под определение «человека» в глазах надзирателя.
— Значит, вы говорите, что соляриане определяли своих братьев-космонитов как нелюдей и подвергли их уничтожению?
— Я представляю это только как возможность, потому что никак иначе не могу объяснить уничтожение аврорского военного корабля. Более опытные люди, вероятно, могут давать другое объяснение.
И снова невинный, почти пустой взгляд.
— Вы намерены вернуться на Солярию, мадам Глэдия? — спросил Председатель.
— Нет, мистер Председатель, я не имею такого намерения.
— Ваш друг поселенец не требовал от вас очистить планету от надзирателей?
Глэдия медленно покачала головой:
— От меня этого не требовали. Да я бы и не согласилась. Я и с самого начала поехала од Солярию только для того, чтобы выполнить свой долг перед Авророй. Меня просил поехать доктор Левулар Мандамус из Института Роботехники, работающий под началом доктора Келдина Амадейро. Меня просили поехать, чтобы я по возвращении сделала рапорт о событиях, и я его сейчас сделала. Просьба имела, как я поняла, оттенок приказа, и я приняла ее как приказ, исходящий от самого доктора Амадейро.
Она бросила быстрый взгляд на Амадейро. Амадейро сделал вид, что не слышит.
— Каковы ваши планы на будущее? — спросил Председатель.
Глэдия чуть замялась, но решила, что может смело встретить ситуацию:
— Я намереваюсь, мистер Председатель, — отчетливо произнесла она, — посетить Землю.
— Землю? Зачем это вам?
— Для аврорского правительства, мистер Председатель, может быть важным знать, что творится на Земле. Поскольку власти Бейлимира пригласили меня посетить Землю, а капитан Бейли готов отвезти меня туда, это будет удобным случаем привезти рапорт о событиях, как я сделала сейчас насчет события на Солярии и на Бейлимире — сказала Глэдия.
Она подумала: «Ну, а если он и в самом деле, вопреки обычаям, заставит меня остаться на Авроре? Если так, то придется менять решение». Она чувствовала, что напряжение ее растет, и мельком взглянула на Дэниела, который, как всегда, выглядел совершенно бесстрастным. Однако, Председатель, мрачно глядя на нее, сказал:
— В этом отношении, мадам Глэдия, вы, как аврорская гражданка, имеете право действовать по своему желанию, но на свой страхи риск. Никто от вас этого не требует, как требовали, по вашим словам, вашего визита на Солярию. Поэтому я должен предупредить вас, что Аврора не обязана помогать вам в случае каких-либо неприятностей.
— Я понимаю, сэр.
Председатель резко сказал:
— Нам есть о чем поговорить позже. Амадейро. Я свяжусь с вами.
Изображение исчезло, и Глэдия со своими роботами неожиданно осталась одна с Амадейро и его роботами.
Глэдия встала и натянуто сказала:
— Встреча, я полагаю, закончена, так что я могу уйти.
— Да, конечно, но у меня есть пара вопросов, и я надеюсь, вы не обидитесь.
Он встал. Его высокая фигура, казалось, подавляла. Он улыбался и говорил так любезно, словно между ними установились дружеские отношения.
— Позвольте мне проводить вас, леди Глэдия. Итак, вы собираетесь на Землю?
— Да. Председатель не возражает, а аврорские граждане могут свободно путешествовать по Галактике в мирное время. Простите, но мои роботы и ваши при необходимости будут мне достаточным эскортом.
— Как прикажете, миледи.
Робот открыл ей дверь.
— Вы, вероятно, возьмете с собой роботов, когда поедете на Землю?
— Тут нет вопросов.
— Каких, мадам, не могу ли я спросить?
— Этих двух, какие сейчас со мной.
Она быстро пошла по коридору, твердо постукивая каблуками и не оглядываясь на Амадейро.
— Разумно ли это, миледи? Это работы высокого класса, необычный продукт великого доктора Фастольфа. Вы будете в окружении варваров-землян, которые могут позариться на них.
— Пусть себе зарятся, все равно не получат.
— Не недооценивайте опасность и не переоценивайте способность роботов защищаться. Вы будете водном из Городов, в окружении варваров, десятков миллионов этих землян, а роботы не могут вредить людям. Чем более усовершенствован робот, тем более он чувствителен к нюансам Трех Законов, и тем менее вероятно, что он предпримет действия, могущие хоть в какой-то мере повредить человеку. Не так ли, Дэниел?
— Да, доктор Амадейро, — ответил Дэниел.
— Жискар, я думаю, с тобой согласен?
— Да, доктор Амадейро, — сказал Жискар.
— Вот видите, миледи? Здесь, на Авроре, в обществе без насилия, ваши роботы могут защищать вас, а на Земле — безумной, упадочной, варварской — два робота не будут иметь возможности защитить ни вас, ни себя. Мне не хотелось бы, чтобы вас ограбили. Что еще более существенно, ни Институт, нм правительство не хотел и бы видеть передовых роботов в руках варваров. Не лучше ли взять с собой роботов обычного типа, на которых земляне не обратят внимания? В этом случае, вы мажете взять любое количество.
— Доктор Амадейро, я брала этих двух на поселенческий корабль и посещала Поселенческий Мир. Никто не подумал захватывать их.
— Поселенцы не пользуются роботами и уверяют, что не одобряют их. А на Земле все еще есть роботы.
— Не могу ли я вмешаться, доктор Амадейро? — сказал Дэниел. — Насколько я знаю, в городах Земли почти нет роботов. Роботы используются на сельскохозяйственных и рудничных работах. Во всем остальном нормой является автоматизация без роботов.
Амадейро быстро глянул на Дэниела и снова обратился к Глэдии:
— Ваш робот, вероятно, прав, я полагаю, что Дэниелу не причинят вреда, а вот Жискара стоило бы оставить дома. Он может вызвать стяжательские инстинкты в стяжательском обществе, даже если там пытаются защитить себя от роботов.
— Я не оставлю их сэр, — сказала Глэдия. — Они поедут со мной. Я одна могу судить, какую часть моего имущества брать с собой, а какую оставить.
— Конечно, конечно.
Амадейро улыбнулся самым любезным образом:
— Никто не спорит. Не подождете ли вы здесь?
Открылась дверь в очень уютно обставленную комнату. Она не имела окон, но была освещена мягким светом. Слышалась тихая музыка. Глэдия остановилась у порога и резко спросила:
— Зачем?
— Член Института желал бы видеть вас и поговорить. Это не займет много времени, а потом вы можете уйти. Вы даже не будете страдать от моего присутствия. Прошу.
В последнем слове слышалась скрытая сталь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
